БОГИ ОЛИМПА

От Бога Зевса, волоокой Геры,

Мы начинаем славный наш рассказ…

Не каждый вхож в Божественные сферы,

Не каждый может слышать Божий Глас!

Но тот, кто слышит, он уже причастен

К высокому, как Небо, ремеслу:

Мир видя в целом, мир деля на части –

Он вряд ли уподобится ослу.

Олимпа Боги! Как они прекрасны!

Жаль, что сегодня многие вдали!

Но, присмотреться, Боги не угасли!

Они с Олимпа вовсе не ушли!

Они чуть-чуть сегодня повзрослели.

Морщинок больше в уголочках глаз.

Но, всё-таки, они на самом деле,

Как раньше, ходят рядом среди нас.

Зевс громовержец! Слышите раскаты?

Грохочет гром в небесной синеве.

Вот так и мы, когда мы виноваты –

Раскаты грома слушаем в себе.

То Зевс к нам хочет в сердце достучаться,

Предупредить нас, мало ли чего!

Зевс наш помощник в этом деле, братцы!

А наша совесть – Небо для него.

Зевс на работе. Управлять Вселенной – 

Не то, что взять да и включить утюг.

Да плюс землёю управлять.  Наверно,

Мы не смогли бы. Согласись, мой друг!

У нас – то горло заболит, то – гланды.

То клонит в сон, то – вовсе не до сна.

Вот, потому наш Зевс на Небе – главный!

А Гера – его верная жена!

У Зевса – братья: Бог морской стихии,

Глубин морских – могучий Посейдон.

Он волны катит, да, порой, такие,

Что прямо к Зевсу льёт ручьи под трон.

Но Зевс не злится. Это, всё же, братик!

Ну, погоняет волны, пошалит!

Ну, может быть, чуть брызгами окатит.

Другое дело: царственный Аид –

Владыка мёртвых, царь подземной сени,

Глубин земли, где умирает Дух.

Там только души бродят, словно тени.

С Аидом Зевс почтителен и сух.

А с остальными – в каждом ранг и мера –

Предельно краток, выдержан и строг.

К нему подход имеет только Гера.

Хотя ревнует. Мало ль, что он Бог!

Служанка Геры – быстрая Ирида,

Она была остра и на слова:

И в сердце Геры вспыхнула обида – 

О шашнях мужа к ней дошла молва.

«Ну, погоди же! Я тебе устрою! –

Разгневанная Гера говорит. –

Ты вспомнишь у меня не только Трою! 

Забудешь и триад и нереид!»

И к Зевсу: «Милый мой, сыграем в нарды!

Кто победит, тот будет править бал!

/А Гера знала: Зевс поклонник Спарты.

Её задача – изменить финал./

«Ну, хорошо! –сказал ей муж неверный. –

Согласен я. Но только один день

Ты будешь управлять моей Вселенной!

Я только на день отступаю в тень!»

Собрались Боги – Боги полу мира –

Вокруг стола. И нет свободных мест.

Давно такого не было турнира.

Здесь Посейдон и Бог огня – Гефест.

Но Зевс не знал: где Гера – там Фортуна.

Удача – это главное в игре.

Бросают кости. Зазвенели струны.

И цифры – словно точки в серебре.

У Геры выпадают три Дракона.

А Зевсу – Черепаха.  Вот так, так!

А что тут спорить! Вроде всё законно.

Зевс фору дал. Доверчивый простак!

Но уговор же – он дороже денег.

Договорились - делай ход, играй!

Не выбросить азарт, как в бане веник –

Азарт, как пиво, льётся через край.

Представь, мой друг: Гран-при, Большие гонки,

Ты зритель, ты сидишь – и вдруг: «Вставай!

Давай за руль! И не сиди в сторонке!»

Так это - ж все подшипники в раздрай!

Пилот в Гран-при, он – соло, он – премьера!

Один из ста! Из тысячи! А ты?!

И тут последствий испугалась Гера –

А, вдруг, сама сорвётся с высоты?!

Зачем ей власть?! Пустые погремушки!

Простое счастье – разве в них оно?!

Ей вспомнилось, как в образе кукушки

Зевс прилетел к ней и влетел в окно.

И – к ней на грудь. И – встретились два взгляда!

О, как же было в этот день светло!

Простое счастье – вот, что в жизни надо!

А власть?! Удар – и сломано весло!

Понятные, прозрачные законы!

По ним и нужно строить бытиё!

Тут Гера видит бога Аполлона.

Он Зевса сын. Но! Но не от неё!

И – всё сломалось. Гера снова в клетке

Своих страстей, сомнений и обид.

И сердце бьётся, словно птица в сетке.

Сломались крылья. И душа болит.

«Нет, не прощу! Ты очень любишь Спарту –

Что ж, Зевс-изменник, Спарту получи!

Я всё поставлю на другую карту!

Врагам спартанцев я вручу ключи!

И тихо шепчет на ухо Ириде:

«Лети в Элладу, расспроси народ,

Кто на царя спартанского в обиде!»

…Сама же фишку двигает вперёд.

Ну, а в Элладе нынче неспокойно –

Как улей растревоженный гудит:

Не прекращаются губительные войны,

Народ устал от постоянных битв.

Давно утихли звуки Марафона:

Перс Дарий получил за всё сполна.

Ещё побед не выцвели знамёна,

Как на пороге новая война.

Сын Дария, не менее отважный,

Во всём идти готовый до конца,

Поход готовит новый, не бумажный,

Чтоб отомстить Элладе за отца.

Он строит мост в проливе Геллеспонта.

Бегут ладьи, гудит земля окрест.

Он знает, как держать границы фронта.

Он царь ахеменидов – грозный Ксеркс!

 

Да, быть войне! Ну, а война – не танцы!

Боец, он должен меч в руках держать.

В самой Элладе только лишь спартанцы

Способны двинуть против Ксеркса рать.

Разгневан Ксеркс, огнём грозит Элладе:

«Приду как смерч, приду, как ночью тать!

Отдайте землю, воду – и поладим!»

«Приди, возьми! Ну, если сможешь взять!» -

Спартанцы отвечают и смеются.

Летят угрозы Ксеркса прямо в печь.

У Спарты, правда, все в почёте музы –

Но выше всех и всех сильнее меч!

Эллада, как шагреневая кожа,

Сжимается в центр узкого кольца.

Но со спартанцами – Афины! Биться тоже

Они с врагом готовы до конца.

А Зевс и Гера, мирно, на Олимпе

Играют в нарды. Это тоже труд.

Здесь у богов невозмутимы лики.

Здесь нет часов, здесь даже нет минут!

Игра идёт – и двигаются сферы,

И движет звёзды синий Небосвод.

А на земле – интриги и аферы.

Ирида хитро слушает народ.

Ну, а толпа?! Она кривые толки

Берёт и множит – не толпа, а сброд!

Пока не копья – только лишь иголки –

Летят в спартанцев. «Царь их идиот! -

Кричат малийцы и фокийцы тоже, -

Ксеркс нам не страшен, он Элладе друг!

Придёт – и благоденствие умножит!»

А люди?! Люди слушают вокруг…

Один из них понравился Ириде:

«О, юноша! Как звать тебя?! Скажи!»

Тот оглянулся. Боги! Что он видит?!

Богиня, словно ласточка, кружит.    

Он смертный. А к нему спустилось Небо.

Хотя в толпе он, явно, не один.

Но он малиец. И он трусом не был.

«Я Эфиальт! Я Эвридема сын! -

Достойно отвечает он Ириде, -    

Чем я вниманье Неба заслужил?

Я чту Богов! Не могут быть в обиде

Те, кто вверху. Хотя я сам бескрыл».

«Ты не бескрыл! – Ирида отвечает, -

Вот пёрышко, возьми! Оно твоё.

В нём  Зевс и Гера скрыли свои чары.

Ты с ним взлетишь, когда твой час пробьёт».

 

О, женское коварство! О, мужчины!

Но, кстати, Зевс такой же! Нам под стать.

Как мы доверчивы! Нас лепят! Мы из глины!

Уж лучше б это пёрышко не брать!

Но Эфиальт купился! Он попался –

Он у Ириды пёрышко берёт.

Ох, лучше б через поле, длинным пасом

Его назад! А он его – вперёд!

Слова у женщин – это полуправда!

Любое слово стоит повернуть:

Где было «лево» – сразу станет «право».

Зевс ни при чём! Здесь только Гера! В путь!

Теперь у Геры пёрышко в кармане.

Но не в своём – у парня-простака.

Эх, Эфиальт, ты жертва в том обмане!

И Гера победит наверняка!

Молитесь, персы, благосклонной Гере!

Она даст шанс вам, даст в последний миг.

Но полуправда может в полной мере

Из шёпота, вдруг, превратиться в крик.

Захлопнется открытая ловушка,

Лучом луны окажется в ней сыр.

И рассмеётся Гера-хохотушка.

Вот этим и закончится турнир. 

А Гера сядет на колени к мужу:

«Прости меня! Была я не права»!

Да, на земле подчас мы, словно мухи,

На мёд садимся – хитрые слова.

В руках Богов, в руках слепой Фортуны,

Подчас без звёзд, без ветра, среди тьмы,

Плывём по океану, словно шхуны.

Но там, внутри, мы капитаны! Мы!

ПОСОХ ЗЕВСА

А между тем, игра Богов в разгаре.

Зевс свои фишки двигает вперёд.

И Гера, окрылённая, в ударе:

Мгновенно мыслит – и не отстаёт.

Она сейчас любимица Фортуны.

Фортуны той, что ветром в паруса, 

Но ветер стихнет – и замолкнут струны,

И снова нужно слушать Небеса.

Но Гера слышит только лишь подругу.

Она на поводу своих страстей.

А там, где страсти, ходим мы по кругу.

И тут – Ирида! Рядом! Перед ней!

«Я всё, что ты просила, разузнала.

В Элладе к Спарте множество обид.

Но нам её не свергнуть с пьедестала –

Предрёк оракул: «Спарта победит»!

Вот это да! И Гера даёт маху,

Бросает кости сильно, как назло!

Теперь Судьба даёт ей Черепаху –

Ну, а с Драконом Зевсу повезло.

Не может быть! О, глупая Эллада!

Зачем тебе спартанский грубый царь?!

Одумайся! И поступи как надо:

Из-под тишка, по подлому ударь!

И тут Ирида: «О, богиня Гера!

О главном я забыла рассказать:

Есть юноша, реальный, не химера,

Решительный, в нём светлый ум и стать.

Он в нужном месте сможет оказаться.

Укол – и позабудет он добро!

Ещё укол – и он предаст спартанцев.

Укол же нанесёт ему – перо!

Вот так, мой друг! Нетороплива поступь,

До мелочей продуманной, игры.

И видит Гера рядом с Зевсом посох,

Тот жезл, которым движутся миры.

Орёл венчает этот дивный посох.

Внизу, как луч, как время – остриё.

Лишь победить, любым путём! И после –

Он будет целый день в руках её.

О, как ей позавидуют подруги!

Не Зевс – она повелевает: Быть!

Ни мойры, нет! Ни вод подземных струги –

Она плетёт и разрывает нить!

А что потом?! Да, это и неважно!

Потом прочтут потомки между строк:

Царила Гера! Страстно! С женской жаждой!

Была Богиней – правила как Бог!

Один – один! Пока ничья в турнире.

Спокоен Зевс, а Гера - ох, хитра! -

Щебечет и поёт ему о мире. 

Но, вот и третья – главная игра!

Возьмёт ли Гера звёздный посох в руки?!

Или Фортуна посох умыкнёт?

Трубит тритон в морской пучине в рупор.

Мигает, словно лампа, Небосвод.

Бросок костей – у Геры три Дракона,

А Зевсу Черепаха отдана.

Фортуна к Гере льнёт определённо.

Не нам судить. Фортуна как волна.

Но будет то – и Зевс он знает точно –

Чему и быть! На то и бытиё!

И скипетр в руках он держит прочно.

Чуть что – и он поднимет остриё!

Небесная река несёт громады

Событий, судеб, счастья и невзгод –

Чему-то быть, чему-то быть не надо –

Бурлит, кружит её водоворот.

То Млечный Путь! Ну, а земля – лишь остров.

Теченье подмывает берега.

А мы – песчинки! Как же нам непросто:

Вода вокруг и звёздные луга!

Песчинки с виду мы, по сути – зёрна!

Мы прорастём в те звёздные луга,

Когда все битвы выдержим упорно,

Лицом к лицу, не убоясь врага.

Течёт река – Небесная громада,

Никто не остановит её ход.

И Зевс, он знает: её мешать не надо!

И посох в эту воду не суёт.

Власть не берут – она даётся свыше!

Слетает звёздочкой к вершинам пирамид.

А кто наверх карабкается мышью –

Богов и Небо только рассмешит.

На этот раз Фортуна благосклонна

Не к Зевсу – а к жене его была.

И Гера первой фишки с Небосклона

Продвинула. Вот оба у стола!

Зевс проиграл, в руках его Святыня – 

Тот ключик, что заводит Небосвод.

Зевс посох в руки отдаёт Богине.

А Гера, глупая, берёт его. Берёт!

…Застыли и Дракон и Черепаха.

И… посох тут же падает из рук!

О, тяжела ты, шапка Мономаха!

Власть нелегко держать в руках, мой друг!

И содрогнулся, вздрогнул древний Хаос!

И сдвинулось течение времён!

Пускай не сильно, только лишь на градус –

Но пазлы изменили Небосклон.

И вскрикнул Эфиальт, приговорённый,

Его в тот миг ужалило перо.

Он статным был – и, вдруг, он стал согбённый.

Из сердца улетучилось добро.

И мысли, мысли – только о наживе!

Исчезла в Небе светлая лазурь,

Как будто корни подрубили иве!

А жить зачем?! Для подлости?! Для бурь?!  

Что будет впереди? Пока неясно:

Затишье в Спарте – а над Спартой мгла…

О, Гера волоокая, напрасно

Ты посох Зевса, власть его, брала!

Но Зевс – он Бог! И он на страже Мира!

Он посох подхватил своей рукой.

Чуть-чуть напевы изменила лира,

Чуть-чуть другим внизу стал мир земной.

А Млечный Путь?! Он даже не заметил,

Что Гера написала между строк –

Как щепку подхватил, понёс в бессмертье

Её ошибку Царственный поток!

Игра осталась – ни юла, ни карты,

Ни кубики, ни синие шары –

У Зевса на столе, как Небо – нарды!

Лежат для нас! Для будущей игры!

Чтоб мы с тобой, как Боги на Олимпе,

К столу с игрой придвинули свой стул…

Никто из нас в потоке звёзд не лишний!

 

…И в этот миг блаженно я заснул!

© 2019. Лаборатория интеллектуальных игр. Все права защищены.
Switch language to English